Записки ружейного охотника Оренбургской губернии

Сергей Тимофеевич Аксаков

<< Назад | Содержание | Дальше >>

7. РЕЧНОЙ КУЛИК

Этот кулик немного поменьше красноножки, но относительно во всем его потолще. Перья речного кулика не имеют никаких особенных цветов; он не пегий и не пестрый, он серовато-белесоватый с какими-то неопределенными оттенками, мягкими и приятными для глаз; брюшко, нижняя половина шеи и подхвостные перья — белые, нос обыкновенного рогового цвета, а ноги светло-зеленоватые. Вообще он пониже и как-то поувесистее красноножки, но в то же время довольно строен и красив. Имя речного кулика носит он по всей справедливости: не только по ручьям, даже по маленьким речкам его не встретишь, а живет он по средним и большим рекам, обыкновенно ведущим за собой песчаные берега; бывает также и на озерах. Разумеется, он залетает иногда на маленькие пруды и речки, но это исключение. Звонкий и приятный его голос слышен весьма издалека. Весной появляется он довольно поздно, после прилета многих куличьих пород. Я никогда не видал стаи речных куликов, но весною находил их парами, а в июле и августе с выводками молодых. В обыкновенных болотах речные кулики не водятся. По крайней мере я нигде не нахаживал их гнезд, но, вероятно, они выводят детей где-нибудь недалеко, по уремам и займищам (нередко болотистым) средних рек и даже рек меньшей величины, потому что я находил их с молодыми на прудах именно таких рек.

Речные кулики держатся в Оренбургской губернии до начала сентября и в это время бывают довольно жирны, с прилета также они не худы, как и вся прилетная птица. Мясо их сочнее и вкуснее других куликов, и в этом отношении они не уступают красноножке, но как они попадаются охотнику гораздо чаще, то уважаются несколько менее редкого и красивого щеголя; впрочем, всякий охотник предпочитает речного кулика всем остальным породам куличков, с которыми он совершенно сходен в пище и во всей куличьей характеристике.

Речных куликов никогда не убьешь много. Во-первых, потому, что их мало, а во-вторых, потому, что они, особенно старые, довольно сторожки. Я всегда дорожил ими, и мне нередко удавалось убивать их в лет; по особенному счастью, они как-то нечаянно и часто на меня налетали.