Настольная книга подводного охотника

Виталий Иванович Виноградов

<< Назад | Содержание | Дальше >>

Охота в малых и горных реках




Сначала разберемся с терминами. Будем считать, что «малые реки» это те, в которых средние глубины не превышают 4–5 метров. Это главный критерий, так как именно он в первую очередь определяет развитие в реке флоры и фауны, а значит и используемые методы подводной охоты. Протяженность реки значения не имеет. Более того, все наши дальнейшие рассуждения будут одинаково пригодны и к верховьям таких больших российских рек, как Дон, Днепр или Волга.

Признаюсь сразу: лично я больше всего люблю охотиться именно в малых реках. Попробую объяснить почему. Во-первых, небольшие глубины и насыщенность светом такого водоема способствуют бурному росту самой обильной и разнообразной водной растительности. Мало того, что она дает пищу и убежище многим рыбам, так это еще и как красиво?! А завалы, образующиеся после падения в воду подмытых прибрежных деревьев? Ни в каких других водоемах в таком виде они невозможны, но именно речные завалы – самые вероятные места дневного обитания сомов, голавлей, язей, судаков и других рыб. Мне известны охотники, которые, хорошенько изучив свою реку, обныривают один завал, вылезают, переезжают к другому, обныривают его и так далее.

Я далек от того, чтобы всем советовать такую методику прежде всего потому, что она ориентирована исключительно на максимальную добычу в минимальные сроки. Если же охотник не только (и не столько!) добытчик, то ему интересно само плавание среди подводных растений, в тростниках и рогозах, на мелях и перекатах, интересно проверить холодные ямы и омуты, теплые плесы и заливчики, то есть осуществлять всесторонний поиск. И это оправданно, так как малая река тем и хороша, что непредсказуема.

В таких речушках присутствует течение средней силы. Оно формирует ложе реки, которое за два-три года может измениться до неузнаваемости. Там, где еще в прошлом году росли хорошие рдесты, в этом нанесло песку, и трава почти исчезла. Или наоборот. Или весенним паводком разметало мощный завал, но на следующей излучине подмыло и свалило большую ольху, и теперь там создается новое «эльдорадо».

Да и поведение рыбы в реке далеко не всегда можно спрогнозировать. Иной раз ее находишь в совершенно не характерных местах. Кроме температуры и давления, в малых реках на наличие рыбы в том или ином месте могут влиять весенние паводки, случайные сбросы промышленных предприятий, ферм или скотных дворов, затяжные дожди и так далее. В реке, где в прошлом году ну совсем не было рыбы, и вы уже готовы были поставить на ней «крест», в этом ее на удивление много. К сожалению, так бывает редко, чаще, увы, наоборот. Но это уже другая тема…

Малые реки хороши еще и тем, что в них могут получать от охоты удовольствие все категории охотников: и стар, и мал, и многоопытный мастер, и новичок. В них вполне можно обходиться без ныряния на большие глубины, не делать продолжительных задержек дыхания, на что многие из нас по той или иной причине просто не способны. Но при этом, обладая определенным опытом и настойчивостью, вы всегда можете рассчитывать на встречу с рыбой. И, порой, совсем не маленькой.

И последнее слово в защиту малых рек. Их много, точнее, очень много. Они так густо покрывают нашу равнинную, в основном, страну, что вблизи не только каждого города, но и поселка, и деревеньки всегда можно найти речку или речушку. Тысячи охотников могут заниматься нашим любимым хобби, не покупая билет на поезд или самолет. И это очень весомый, может быть, главный аргумент в пользу охоты на малых реках.

Мне могут возразить: мол, далеко не все реки имеют прозрачную воду. Что ж, верно. Но, во-первых, понятие «прозрачная» у всех разное. В нашем Подмосковье видимость в полтора-два метра считается нормальной, три-четыре – хорошей. Когда же я охотился на горной реке, то местный охотник с огорчением констатировал, что видимость плохая, в то время как она была никак не меньше четырех метров. На южном Урале, я знаю, метровую видимость считают нормальной. И, во-вторых, реки с большим количеством водной растительности обладают способностью хорошо фильтровать воду. Поэтому не следует отчаиваться, если вы подъехали к речке, а в ней мутная вода. Очень может быть, что в километре или двух ниже по течению, она уже вполне пригодна для охоты. Возможно, что и ехать никуда не надо, а стоит тут же заплыть в тихий заливчик или забраться поглубже в заросли тростника. Прозрачная вода может оказаться и выше по реке, а муть, которая так вас расстроила, есть следствие недавнего водопоя стада коров либо купания местных мальчишек.

Что же ожидает подводного охотника в малых реках, кроме упомянутых выше водной растительности да завалов? Какая рыба? А любая! И по видовому составу, и по максимальным размерам. Предельные габариты сомов, толстолобиков, сазанов, амуров, щук и судаков мы учитывать не станем, они и в самых крупных да глубоких наших водоемах нынче большая редкость. Что, разве судак на пятерку, щука на десятку, сазан на пуд и сом на полтинник – плохо?! И это не из области фантастики, а вполне реальные экземпляры даже для нашего времени. Впрочем, в повседневной жизни всех нас ждет куда более скромная добыча (надеюсь, такое признание не отвернет вас от малых рек).

Описывать каждый вид рыбы, методику охоты на них и ее особенности, не позволят рамки статьи. Полагаю, будет правильно рассмотреть основные приемы, которые мы используем в небольших, равнинных реках с умеренным течением.

Активный поиск – наиболее распространенный и добычливый метод охоты. Забираясь в густую подводную траву, охотник может встретить практически любую рыбу из тех, что обитают в данной реке. Та же картина в густом переплетении веток и в подводных кустах. Это наиболее вероятные места дневной стоянки рыбы. Так как обнаружить рыбу здесь с поверхности невозможно, то приходится постоянно нырять и лезть в настоящие подводные дебри. Рыбу при этом можно увидеть в пяти сантиметрах от собственного носа. Поэтому речная модификация ружья – самая короткая, и держать ружье надо так, чтобы наконечник лишь немного выступал вперед за голову охотника. Тогда с трудом, но все же можно и в самой густой траве развернуть ружье и направить его на объект стрельбы.

Неизвестно чем объяснить, но в реке рыба стоит почти всегда на ровном дне. Это может быть посередине реки на большой глубине и у берега на мели, но если уклон дна градусов тридцать и более – днем рыбу здесь искать бесполезно. Даже вездесущая щука избегает таких мест.

Так как видимость в густой траве сильно ограничена, а рыба непуглива и стоит крепко, приходится проверять (мы это называем «прочесывать») все травяные заросли. Делается это следующим образом.

Обычно активный поиск предполагает движение охотника против течения. Вот вы подплываете к таким подводным зарослям. Вначале просматриваете всю нижнюю кромку травы, подныривая к ней со стороны чистого дна и заглядывая, но не заплывая в траву. Потом, продвинувшись вперед на метр-полтора, опять же начиная с любого края, ныряете, засовываете голову в траву, принимаете более или менее горизонтальное положение, чтобы можно было осмотреть участок впереди себя и по бокам.

Первое, куда вы должны посмотреть, опускаясь в траву, это прямо под себя, так как отсюда рыба сойдет в первую очередь. Следующий взгляд, чуть ниже по течению, чтобы ненароком не лечь прямо на стоящую под вами рыбу. А уж потом вперед и по сторонам. Нет ничего – всплывайте. Не пытайтесь продраться через густые заросли, только шуму наделаете. Проверив таким образом небольшой участок, сдвигайтесь в сторону приблизительно на полтора метра (в зависимости от плотности растущей в данном месте травы) и ныряйте вновь. Потом опять в сторону и опять нырок. Так до конца травы или до берега. Снова продвигайтесь вперед и идите нырками в обратную сторону.

Такой метод поиска мы называем «квадратно-гнездовым» и считаем его наиболее эффективным в густых зарослях подводной травы. Если рыба обнаружена, но подстрелить ее не удалось, не стремитесь ее догнать, и не изменяйте метод охоты. Рыба чаще уходит вверх по реке, и у вас есть еще шанс ее настичь. Зато не пропустите другую, стоящую в двух метрах слева или справа.

Когда охотник движется против течения, его скорость относительно дна небольшая, он успевает осмотреть все интересующие его места под водой, легко подныривает под наклоненные в его сторону растения и, используя течение, задним ходом выходит из сплетения веток. Но самое главное то, что ил, который он поднимает со дна или сбивает телом с растений, течение уносит назад, не накрывая мутной завесой место охоты.

Подводный завал лучше обследовать в следующем порядке. Сначала проверяется крыша: с боков и сзади завала вы немного подныриваете (в зависимости от толщины крыши) и заглядываете снизу вверх. Здесь вы можете увидеть висящий хвост или белое брюхо сома, голавля или щуку. Четвертая сторона, та, что со стороны течения – запретная. Никому не советую туда лазить, так как течение может вас сильно прижать к веткам и стволам, и оторваться от них, практически не используя ласты, будет ой как трудно.

Наконец, приступаете к обследованию самого завала. Начните с того, чтобы найти в нем брешь, то есть такое место, через которое можно было бы не только забраться в завал, но и выбраться из него. Заранее следует определить, будете ли вы разворачиваться или возвращаться задом наперед (такое тоже возможно). Тут главное не торопиться. Спешка вредна с точки зрения безопасности, во-первых, а, во-вторых, не оправдана еще и потому, что рыба в завале стоит очень крепко. Сколько раз бывало с шумом и треском берешь одного сома, а следом второго, лежащего в каких-нибудь полутора-двух метрах от первого. Самое перспективное место в завале – его основание. Тут, на дне будет и самый крупный сом, и судак.







Есть способ охоты и вниз по течению, так называемый «сплав». Пользуясь им, можно добыть те виды рыб, которые обычно находятся в движении в толще воды. Это жерехи, стайные лещи и язи. Стрелять приходится быстро, навскидку, учитывая движение не только рыбы, но и собственное. Велика вероятность на сплаве добыть крупную щуку, если подводная растительность не слишком густая, с прогалинами. Щука здесь стоит у дна или вполводы, обычно сразу за зарослями. Заметить ее не трудно, если концентрировать внимание именно на таких местах. Ружье должно быть направлено в данном случае не туда, куда смотришь, а вниз, то есть под себя. При этом за ту долю секунды, пока сигнал об увиденной цели пройдет цепочку глаз-мозг-рука, течение пронесет охотника именно это расстояние, и ружье окажется направленным на рыбу. Есть маленькая хитрость. Если при охоте против течения трезубец развернут вертикально, дабы меньше цепляться за стебли травы, то при сплаве его следует установить горизонтально. Это увеличит вероятность попадания в рыбу.

На мелком месте можно сплавляться по поверхности. На глубокой протоке лучше сплавляться нырками, двигаясь над самой травой или в паре метров от голого дна. Если сквозь траву сверху рыба не видна, то в заросли этой травы приходится опускать голову и наконечник ружья. Течение реки, чем ближе ко дну, тем слабее, соответственно и скорость перемещения охотника будет меньше, чем на поверхности.

Не секрет, что даже многоопытные охотники значительную часть рыбы, что оказывается на его пути, распугивают. Причем, не всегда об этом догадываясь. Сплавляясь же вниз по реке, мы практически не работаем ластами, не выдираем траву, не ломаем маленькие веточки, не дышим, «как паровоз», но, главное, мы не перемещаемся в толще воды. Охотники движутся вместе с потоком воды, и рыба своим самым чувствительным органом – средней боковой линией – их не ощущает. И подпускает, на свою беду.

Есть и другой метод обмануть рыбу: метод «залежки». Он рассчитан на ту, которая находится в движении. Многие виды рыб страдают любопытством, крупные хищники не любят пришельцев, вторгшихся на их территорию, жерехи и толстолобики – почти всегда в движении. Все эти категории рыб вполне могут наплыть на охотника, который притворился бревнышком.

Залежку можно делать как на дне, так и на поверхности. На дне охотник замирает, зачастую придерживаясь свободной рукой за что-либо торчащее или лежащее на дне. На поверхности мы обычно прячемся среди тростника или камыша. Чем больше вы производите шума, устраиваясь в залежке, тем позднее появляется интересующаяся или успокоившаяся рыба. Как правило, сначала выходит мелочевка, потом рыба покрупнее, и только в самую последнюю очередь появляются зачетные экземпляры. Отсюда вывод: чем дольше вы можете задерживать дыхание (в случае подводной залежки), тем больше у вас шансов повесить что-то на кукан.

Готовясь к охоте на какой-нибудь Протве, Проне, Истре или той же Москве-реке, следует учитывать те их особенности, о которых мы говорили вначале. Прежде всего, на вашем снаряжении не должно быть того, что легко цепляется за ветки и траву. Например, сеточных куканов и ласт с открытой пяткой. Конечно, не может быть и речи о сигнальных буйках (разве что будете охотиться только сплавом). Какие должны быть ружья мы уже упоминали. Большинство речных охотников используют ружья пневматические, средней длины, с ручкой посередине и достаточно мощные, чтобы справиться с сазаном и сомом.

Наконечники меняем в зависимости от того, какую рыбу надеемся встретить и в каких условиях предстоит охотиться. Сильную, но нежную горную рыбу (тайменя, семгу, кумжу, форель и т. д.) лучше пробить навылет однозубом. Крупных рыб (сомов, сазанов, белых амуров, толстолобиков) также следует стрелять однозубом. Для остальной рыбы, в принципе, подойдет и трезубец с большими лепестками, однако из-за того, что почти всегда надеешься на что-то «о-го-го!», то этот наконечник чаще всего отлеживается в рюкзаке. К тому же под прибрежными кустами и в густой водной растительности охота с трезубцем очень затруднительна, а на больших дистанциях стрельбы из-за большого лобового сопротивления такой наконечник здорово снижает убойную силу ружья.

Маски годятся любые, кому какие нравятся. Малое подмасочное пространство, которым козыряют лучшие импортные образцы, вследствие того, что особо глубоко нырять не приходится, существенной роли не играет. А вот большой обзор, присущий одностекольным, элипсным маскам в речных условиях востребован куда более. В небольших и мягких ластах намного удобнее охотиться в завалах и в зарослях того же тростника. Но только выбрались из них и пошли против течения, тут же пожалели, что на вас не длинные и не мощные ласты. Поэтому однозначной рекомендации здесь дать невозможно: смотрите на конкретные условия и решайте сами.

По поводу клапанов на трубках много различных мнений и споров. Бесспорны два момента: первый – верхний клапан не дает выход булькающим и распугивающим рыбу пузырям (это – хорошо), а второй – при нырянии на 6–7 метров и глубже сжимающийся воздух начинает втягивать в трубку ваш язык (это – плохо). В общем, все как всегда: есть и плюсы, есть и минусы. Выбирать вам. Лично я плаваю с верхними клапанами, правда, разной конструкции для лета и для зимы. Нижний клапан мне не понравился и я его снял. Может быть он был неверно отрегулирован, но когда надо было сделать резкий выдох, то почти весь воздух вырывался через него. В результате я временно слеп, а рыба этим подводным взрывом едва ли приманивалась.

Горные реки, в соответствии с принятыми нами критериями, также следует отнести к малым рекам. От равнинной реки ее отличает мощное течение, как правило, каменистое ложе и почти полное отсутствие водной растительности. Первое из названных отличий делает подводную охоту либо совсем невозможной, либо очень трудной. Нельзя словами описать тот поток, в котором еще можно охотиться, и тот, в который лучше не соваться. Этому каждый должен научиться сам, исходя из скорости течения, глубины, обилия камней и других предметов в русле, используемого снаряжения и собственной физической подготовки.

О том, чтобы плыть против течения, не может быть и речи. Выхода два: первый – охотиться в местах, где течение почти отсутствует, то есть под водопадом, на яме или на плесе, и второй – сплавляться вниз по реке. При сплаве по горной реке, пусть даже не очень бурной, скорость такая, что больше приходится следить за тем, как бы не врезаться в какой-нибудь валун под водой. Порой пронесешься мимо стоящих прямо у дна хариусов и, несмотря на очень хорошую видимость, не успеваешь их даже заметить.

Если крупных камней и валунов в реке много, но они гладкие и ближе, чем на 40–50 сантиметров к поверхности не поднимаются, то любое течение не опасно, и можно полностью отдаваться охоте. Если отдельные камни торчат из воды, то необходимо постоянно поднимать голову и смотреть вперед. Увидели камень или сильный бурун на поверхности, следует увернуться вправо или влево. Постоянно надо искать главное русло с максимальной глубиной. Так же, как от камней, следует уворачиваться от мелей и перекатов, которые определяются по характерной ряби на поверхности. Избегать препятствия лучше заранее, с учетом быстрого течения. Но уж коли не успели и вас нанесло на торчащий валун или бревно, то самое нехорошее оказаться наполовину с одной их стороны, а наполовину – с другой. В этом случае мощный поток сложит вас пополам и так прижмет к препятствию, что сползти с него в какую либо сторону будет крайне трудно.

Значительно проще и привычней охота на плесе, где после резкого поворота реки образуется противотечение, или на ямах под падающей водой. На плесе могут встретиться не только рыбы горных рек, но и хорошо знакомые нам окунь, язь, щука, налим. Очень вероятно, что эта рыба никогда не видела подводного охотника и подпустит вас на выстрел, не проявляя признаков волнения или испуга. Под водопадом охота интересна совсем необычной обстановкой: падающая вода образует тысячи маленьких пузырьков и резко уменьшает видимость. Зачастую именно в этой бурлящей воде или чуть ниже по течению стоит хозяин водопада (таймень, кумжа) и ждет, что принесет ему река.

Ныряя под водопадом или мощным порогом, следует помнить, что падающий поток воды, потом представляет из себя что-то вроде реки в реке. Охотник, попавший в этот придонный поток, не сразу и не просто сможет его покинуть и всплыть.

И, может быть, последний совет по сплаву в таких условиях. Я плыл (вернее, меня несло) по искусственному каналу Кольской АЭС. Там есть узкий, 200-метровый участок с вертикальными, скальными берегами. Казалось бы, глубина большая, дно чистое, без валунов, но тут уже опасность представляют сами берега. Ущелье не прямое, извилистое, и поток прижимал меня то к одной стене, то к другой. Поэтому приходилось постоянно и своевременно отрабатывать ластами и уходить от таких прижимов, стараясь держаться середины потока.

Перевалив через валун или проплыв в непосредственной от него близости, можно попасть в облако пузырей, которые делают видимость нулевой. В этих случаях я выставлял вперед подальше ружье и свободную левую руку, дабы не врезаться маской в невидимый камень. Удары телом о камни, не смотря на многочисленные теплые одежды под сухим гидрокостюмом, очень даже ощутимы. Кто-то из нас получал синяки на теле, кому-то ударом пробивало обе резиновых перчатки и толстую манжету на сухом гидрокостюме. У одного местного охотника при нас разлетелась вдребезги пластиковая вставка нового ласта фирмы «Омег-Sub», а другой из мокрого гидрокостюма «Beuchat» вырвал на руке клок. От ударов о камни срывало поясную жгутовку и мы лишались водолазных жгутиков. Благо всегда есть запасные.

И все же, сплав по горной реке, при осмотрительном и серьезном к нему подходе, возможен и в мокром, и в сухом гидрокостюмах. Например, за неделю охоты мы в своих сухих костюмах получали не больше пробоин и микродырочек, чем в равнинных реках с их подводными кустами, корягами и ветками. Сравнивая удобство эксплуатации сухих и мокрых гидрокостюмов в данных условиях надо отметить следующее. Если у вас нет микроавтобуса или ЗИЛ-131с кунгом, в теплых чревах которых удобно надевать и снимать «мокряк», то в условиях зимы сухой гидрокостюм безусловно предпочтительнее. Больших глубин на горных реках также нет, нырять глубоко не приходится, и это опять же в пользу сухого. Частые переходы по берегу в обход мелей и перекатов для мокрого гидрокостюма тоже не есть хорошо, так как из него выжимается нагретая телом вода, а при очередном погружении ее место займет новая порция холодной речной водички. Которую, увы, снова надо согревать собственным теплом. С другой стороны, когда появляется возможность удержаться на течении (например, после водопада или над глубокой ямой), то в мокром гидрокостюме молотить ластами и нырять намного легче, чем в сухом.

Познакомившись со всеми этими рекомендациями, резонно задаться вопросом: «А как же охота, коли только и знаешь, что уворачиваешься?». Оказывается, вполне можно, а порой и очень успешно.

Основными и типичными обитателями российских горных рек можно считать кумжу, семгу, сига, форель, хариуса, а в Сибири еще тайменя и ленка. Все эти рыбы очень красивы, сильны, а такие, как таймень и семга могут весить 20, 30 и более килограммов – настоящие колоссы и по массе, и по силе. Некоторые из них постоянно живут в реках, лишь по ним мигрируя, другие уходят в моря или озера и возвращаются в определенное время. Рассмотрим самые общие представления о том «как?» и «где?».

Потому названные рыбы и типичны для горной реки, что им хорошо только на быстрой воде или в непосредственной близости от нее. На самой сильной струе держаться им тоже не просто, а вот под струей в ямке, или за камнем, где всегда есть хоть маленькое противотечение – в самый раз. Поэтому «пролетая» такой перспективный участок, вы постоянно вертите головой влево-вправо. Стоило мне на секунду поднять голову и убедиться, что впереди нет камня, как прямо из-под меня метнулась крупная кумжа. Не повезло.

Но и, вовремя заметив стоящую рыбину, успеть направить на нее ружье и выстрелить совсем не просто. Еще сложнее – попасть. При этом почти невозможно не покалечить свой наконечник, ибо кругом одни граниты. Слабо закачивать ружье или использовать речную, маломощную модификацию тоже нельзя, так как приходится стрелять также в уходящую рыбу с большого расстояния. Не забывайте, что прозрачность воды 8-10 метров в горных реках не редкость. Для того, чтобы охотиться в таких условиях совершенно непригодны и длинные ружья с ручкой сзади, ибо повернуть его быстро и в нужном направлении невозможно.

Дно горной реки, как правило, устлано камнями. После выстрела вас продолжает нести течением, а стрела тащится по дну, и в 9 случаях из 10 открытыми лепестками наконечника, словно якорем, намертво застревает между камней. Цепочка стрела-линь-ружье-охотник вытягивается в струнку. Кто-то пытается подтянуться к застрявшей стреле, надеясь на прочность лепестков наконечника. Кто-то бросает ружье, заходит выше по течению и на новом сплаве пытается поймать и выдернуть застрявшую стрелу. Чтобы не попасть в такую ситуацию, лучше сразу после неудачного выстрела дергать на себя линь и не позволять стреле волочиться по дну.

При том, что рыбы горных рек очень сильны, у них к тому же очень нежное мясо, мягкий костяк и мелкая, не прочная чешуя. Оба эти обстоятельства позволяют им чаще других рыб срываться со стрелы, особенно при плохом попадании или плохих зацепах на наконечнике. Наш местный коллега добыл свою рекордную 10-килограммовую семгу с четвертого раза. Предыдущие три попадания были безрезультатными.

Последний пример наглядно характеризует и другую особенность «рыб быстрой воды»: они очень неохотно покидают избранный плес, омут или перекат. И это не в их пользу. Опытные Кандалакшские охотники по несколько часов гоняются за одной рыбиной на каких-нибудь 50 метрах реки, и часто такая настойчивость вознаграждается.

Нельзя обойти молчанием тот факт, что лов (а значит и подводная охота) некоторых рыб лицензирован, а в определенное время и на определенных водоемах полностью запрещен. Поэтому прежде, чем отправиться на север, в Сибирь или в Приморье на такую охоту, следует предварительно получить полную информацию по избранному водоему. Это можно сделать через общества охотников и рыболовов или Федерацию подводного рыболовства России. Когда же все формальности будут соблюдены и вы вкусите всю прелесть и необычность охоты в горной реке, то наверняка пожалеете, что не испытывали этого ранее. Адреналина будет – хоть отбавляй! А добытые за весь день охоты одна или две красавицы-рыбины, будут самым щедрым и запоминающимся вознаграждением за старания и синяки.

Заканчивая разговор об охоте в малых реках, хотелось бы еще раз напомнить, что это хобби регулируется Правилами любительского и спортивного рыболовства того именно региона, где избранная вами река протекает. Малые равнинные реки практически все являются водоемами общего пользования, и охота на них, как и рыбная ловля, не требует лицензии или путевки (это еще один аргумент в пользу малых рек). Однако чтобы не было неприятностей, следует ознакомиться с Правилами данной области или края до того, как брать ружье и лезть в воду.

Ну, и самое последнее. Я призываю всех охотников беречь наши российские речки. Настоящий охотник и рыболов – непременно большой любитель природы. Но любить это не только охи-вздохи да бесконечные восторги: «Ах, как красиво!». Это – изучение и исследование, анализ каждого явления, сострадание и, при необходимости, помощь. Настоящий любитель природы ищет ответы на бесчисленные вопросы, которые ему задает окружающие флора и фауна. А эти два «Ф» большие мастера по части головоломок для царя природы.

Малоизученный подводный мир, пожалуй, лидер в отношении неразгаданных природных тайн и непонятых процессов. Причем, если морской шельф учеными активно изучался и хорошо описан, то пресные водоемы и их обитатели, особенно касается это малых рек, мало кого интересуют. Масштаб не тот, да и серьезную полезность для человечества, очевидно, не усматривают. Может и так, только от этого подводный мир тысяч и тысяч малых российских рек не стал менее интересным, загадочным и необходимым для каждого из нас.

Прогуливаясь жарким летним днем вдоль берега Москвы-реки, Истры или другой подобной речки, вы видите в воде какие-то растения. Мы, подводные охотники, наблюдаем их от корешка до макушки, летом и зимой, днем и ночью, но мало кто из нас сможет определить и правильно назвать хотя бы десятую часть того, что видит. И виной тому не пробелы в любознательности с нашей стороны, а полное отсутствие научно-популярной и соответствующей справочной литературы. Я лично в этом убедился, когда собирал материал для своей первой книги и обращался в различные научные организации, в том числе и на соответствующие кафедры МГУ.

Вот поэтому в общении друг с другом и, пересказывая эпизоды подводных баталий, белую кувшинку многие называют «лилией», кубышку – «лопухом», из 20 часто встречающихся рдестов, не отличают и двух-трех, а все остальное именуют просто «трава» или «водоросли». Осознавать свою ущербность и безграмотность в этом вопросе и стыдно и обидно. Не зря говорят: «Не узнаешь – не полюбишь».

Занимаясь подводной охотой все четыре времени года, мы за последние четверть века наблюдаем постоянное ухудшение экологии среднерусских рек. Не будем вспоминать досоветские времена, когда все они были прозрачными и изобиловали рыбой. Еще десять лет назад, к примеру, верховья нашей Москвы-реки отличались очень чистой водой, и ее прозрачность портилась, разве что, после сильных дождей. Это – летом, а уж зимой, и говорить не приходится. Теперь же не только летом, но и зимой, когда, казалось бы, ничто не мешает воде окончательно прочиститься, редко найдешь видимость в 2–2, 5 метра. И такая удручающая картина по всем малым рекам средней полосы России.

В чем причина? И можно ли переломить эту страшную тенденцию?

Теперь, после того, как в результате «перестройки» многие предприятия, отравляющие воду, прекратили свое существование, а скотные дворы по берегам рек опустели, главная причина, на наш взгляд, в заиливании, зарастании и обмелении всех водоемов. На многих реках образованы водохранилища, которые, в частности, препятствуют большим весенним паводкам и мощным ледоходам. А именно быстрой водой и льдинами происходила естественная, ежегодная чистка русел неглубоких рек и ручьев.

Кроме этого в былые времена крестьяне по собственной воле (а чаще, по воле помещика) всей деревней чистили летом прилегающий к ней участок реки, не давая ей зарастать. Сейчас это, увы, никому не нужно. Поэтому, когда плывешь по реке, протекающей вблизи дороги или дачных участков, то под водой видишь, буквально, все предметы человеческого быта: от кузовов автомобилей и холодильников и до чайников, ведер, ложек и т. д. Уверен что, если бы Мосводоканал или Мосрыбвод действительно болели за чистоту наших водоемов, то хоть какие-нибудь меры по их спасению предпринимали. Например, вполне реально к этому доброму делу привлечь дайверов и подводных охотников. Их нынче много, целая армия, и, наверняка, многие пошли бы навстречу такому благому начинанию. Совсем не сложно с ними же договориться об оперативной информации с водоемов для быстрого реагирования. Это в общих интересах.

От неблагоприятных условий в первую очередь страдают обитатели рек. Раки, некогда водившиеся во всех реках и озерах, сейчас обнаруживаются в некоторых, относительно молодых и еще не отравленных человеком карьерах. Через каждые 5-10 метров на дне незамерзающих участков рек в прошлые годы мы наблюдали зимующих озерных лягушек. Поодиночке и целыми группами по 5–6 штук. А теперь за трехчасовую охоту парочку лягушек увидел – уже хорошо. Соответственно, летом вместо веселых лягушачьих концертов над рекой висит гнетущая тишина. И, ведь, те же лягушки в природе не сами по себе, а – определенная ниша, звено, без которого рвется живая цепь…

Рыбу спасает ее природная жизнестойкость, способность к быстрой миграции и плодовитость. Иначе большинство их видов мы на сегодня потеряли бы безвозвратно. Но и ей достается от испорченной экологии. А тут еще пошла мода на электроудочки. Вот уж бич для малых рек и прочих неглубоких водоемов! Об этом столько говорено-переговорено, что все цензурные слова и мысли закончились. И, не смотря на очевидность огромного вреда для водоемов в целом, электроудочник рассматривается по закону таким же нарушителем, как и рыболов, использующий по весне вместо двух крючков три, или поймавший на пару плотвиц больше установленной нормы. А нам бы казалось, что к ним следует применять особые, самые жесткие меры, ибо электроудочник осознанно идет на убийство реки. Это, используя терминологию уголовного кодекса, уже не мелкое хулиганство или воровство, а вооруженный грабеж.

Браконьерские сети, по сравнению с электроудочками, теперь воспринимаются, как безобидная забава. Конечно, только в том случае, если они полностью не перегораживают весной заход рыбы на нерест в малые реки. Но беда в том, что наступил «сетевой беспредел». Где бы мы ни охотились, повсюду стоят бесконечные, порой километровые сети. А их хозяева, не дожидаясь темноты и никого не стесняясь, выходят на лодках и проверяют среди дня свои снасти.

Волга, Днепр, Дон, могучие сибирские реки в какой-то мере тормозят процесс умирания водной системы в целом. Своей массой и глубинами, неподвластными большинству браконьерских снастей, они дают временное укрытие для рыбьего племени. Но и эти реки-гиганты не вечны. В конце концов, они сами есть сумма тех самых сотен и тысяч малых рек и речушек. А для процветания рыбы необходимы не только укрытие и временный приют, но и ежегодная возможность успешного размножения. И тут мы снова приходим к непреходящей роли малых рек, в которых нерестится подавляющее большинство видов рыб, выводится и нагуливается молодь.

Ежегодно в столице и других городах страны проходят международные охотничьи рыболовные выставки. Там во всей красе и мощи представлены бесчисленные фирмы, производящие и торгующие рыболовным снаряжением и снастями, турфирмы и рыболовные базы. В этой индустрии вращаются огромные деньги. Вот я и думаю, неужели все эти люди не понимают, что в нашей стране их бизнес под угрозой, что скоро ловить-то будет некого? Не пора ли выделить какие-то деньги и всерьез браться за спасение малых российских рек – основу не только благополучия рыбных запасов, но и их дальнейшего делового процветания?

Подводные охотники нагляднее других видят беду, и первыми бьют тревогу. Мы и собственными руками готовы помогать тому, кто возьмется за эту проблему. Вот только осталось выяснить, кто больше других любит свою страну, свою малую родину и ту речушку, что течет за забором загородного коттеджа?